Дхарма

[Мориконе]

[Росс]

Вот когда будут понятны бай джаны и иже, тогда можно и поговорить по-серьёзному. Ведь чтоб понять дзен, надо превзойти понимание, чтоб не париться в случайных, произвольных дифференциациях. Вот какова натуральная аксиологичность в общем или различном борща и щей? Что более ценно в них - то, чем они отличаются, или то, что в них общего? Что полезнее, их съедобность или национальные и другие детали?

[Мориконе]

[Росс]

Ну, Будда - один такой. А остальные ж просветлённые  - просто будды или бодхисаттвы. А он Татхагата. Эт, говорят, бывает как раз один раз в эпоху, а то и в сотню эпох. Это Дондхуп знает точнее. А слышал, что и вообще - двух Татхагат в одном месте и времени не может быть. В смысле - большая редкость это, то есть очень мала вероятность родиться там, где ещё не погасло свечение Дхармы Таковости. (Чёт меня на религию потянуло.Спать пора.

[Мориконе]

[Росс]

Лови момент на мотыля.

[Мистик-Йорк]

[Дмитрий С]

[Росс]

Диференциоканализнационализация аксиософистики.

[Твик]

[Мистик-Йорк]

[Мистик-Йорк]

Твик
А вот что говорит Будда об этом:
Всё, наблюдаемое в мире, лишено усилий и активности, ибо всё сущее в мире подобно сну или чудесно возникшим образам. Этого не понимают философы и невежды. Но те, кто видит сущее именно таким, видит его истинно. Те же, кто воспринимает его иначе, вовлечены в различения и, будучи зависимы от них, привязаны к двойственности. Восприятие мира с позиции различения подобно изучению собственного отражения в зеркале, или собственной тени, или луны, отражённой в воде, или эха, услышанного в долине. Люди, опутанные тенями собственного различения, привязываются к той или иной вещи и, [оказываясь] не в состоянии избавиться от двойственности, продолжают беспрестанное различение и потому никогда не достигают успокоения. Под успокоением понимается Единость, а Единостью порождается наивысшее Самадхи, обретаемое вступлением в царство Благородной Мудрости, выявляемой лишь в глубочайших недрах сознания.

Когда озираешь ты мир взором своего совершенного знания и сострадания, он должен тебе представать подобным сну, о коем нельзя сказать зыбок ли он, постоянен ли, ибо слова "бытие" и "не-бытие" неприменимы к нему.
Когда озираешь ты сущее взором своего совершенного знания и сострадания, оно должно тебе представать подобным видéниям вне пределов ума человечьего, ибо [слова] "существо" и "не-существо" неприменимы к нему.
Совершенным знанием своим и состраданием, вне границ и пределов, ты постигаешь бессамостность всех вещей и существ и пребываешь свободным и чистым от омрачений страстями, учёностью и себялюбием.
Ты не исчезаешь в Нирване, как и Нирване не раствориться в тебе, ибо она превосходит всякую двойственность познающего и познаваемого, бытия и не-бытия.
Те, кто узрел тебя так, невозмутимо и вне представлений, освободятся от всех привязанностей, очистятся от всех загрязнений, как в этом мире, так и за его пределами.
В этом мире, чья сущность подобна сну, есть место хвале и хуле, но в Предельной Реальности Дхармакаи, неизмеримо превосходящей чувства и различающий ум, что там восхвалять?

– Махамати, поскольку невежды и простаки, не ведающие, что мир является лишь чем-то самим умом воображаемым, цепляются за множественность внешних объектов, за понятия "бытие" и "не-бытие", "единость" и "инаковость", "подобие" и "не-подобие", "существование" и "не-существование", "вечность" и "не-вечность", и полагают себя обладающими некой личной самосущей природой, и порождается всё это различающим умом и стойко запечатлевается несознаваемыми влечениями, оттого предаются они ложному воображению.
Это всё миражам подобно, оазисы в коих воспринимаются словно реальные. Подобным же образом видят миражи животные и, будучи мучимы жаждою в засуху, к ним устремляются. Животные, не ведающие, что оазисы те – порождения их же умов, не осознают, что сих оазисов не существует. Подобно им, Махамати, [ведут себя] невежды и простаки. Умы их, объятые пламенем алчности, гнева и глупости, обретают [своё] наслаждение в мире множества форм. Мысли их одержимы представлениями о рождении, развитии и разрушении. Не разумеющие, что понимается под существованием и не-существованием, и увлечённые с безначальных времён ложными домыслами и различениями, они вовлекаются в ловушку присваивания того и сего и оттого привязываются к разным вещам.
Это подобно граду Гандхарвов, принимаемому неведающими за реальный, хотя по сути он не таков. Град сей является, словно видéние, вследствие их привязанности к мысли о граде, в уме хранящейся наподобие семени. О граде том, стало быть, можно сказать, что он и существует и не-существует. Так же, цепляясь за воспоминания о ложных идеях и допущениях, со времён безначальных в памяти скопленных, простаки и невежды цепко привязаны к таким понятиям, как "единость" и "инаковость", "бытие" и "не-бытие", мысли даже не допуская, что, в конечном счёте, всё это лишь воображено умом.

Далее молвил Махамати Благодатному:
– Отчего так, что невежды предаются различению, а мудрые – нет?
Благодатный ответствовал:
– Так – потому, что невежды цепляются за имена, признаки и представления. Их умы, следуя по этим руслам, насыщаются разнообразием объектов и впадают в рассуждения о некой самости-душе и том, что связано с нею. Они разделяют все проявления на хорошие и плохие и привязываются к приятному. В силу таких привязанностей усугубляется неведение и накапливается карма, порождаемая алчностью, гневом и глупостью. По мере же накопления кармы они закукливаются в коконы собственных различений, становясь неспособными выйти из круговорота смертей и рождений.
В силу своего неведения они не сознают, что все вещи подобны Майе либо отражению луны в водах, и что не существует никакой самодостаточной сущности, какую можно было бы представить в виде некой самости-души и [всего] ей присущего, и что все их обстоятельные суждения произрастают из ложного различения того, что существует лишь потому, что воображается самим умом. Невежды не понимают, что вещи не имеют ничего общего ни с оценкой и оценивающим, ни с возникновением, пребыванием [в мире] и разрушением, а вместо этого они утверждают, что всё порождается творцом, временем, частицами, неким небесным духом. Именно потому, что невежды предаются различению, они продолжают движение в потоке проявлений. Но мудрые – не таковы.

[miha]

[Мистик-Йорк]

[miha]

Мистик-Йорк, это наши сны обусловлены нашей кармой и нашими обстоятельствами.